Меню:
История
Новости
Публикации в газетах
Документы
Фото
Наши победы
Пишите нам




Пришел, увидел, прихватил...


Улица Дзержинского упирается в  лес. Места здесь тихие, почти курортные. Над крышами частного сектора угрюмо возвышается недостроенная трехэтажная громадина с пока еще пустыми глазницами.

В  массивном строении спроектированы холлы, коридоры, жилые комнаты и девять санузлов, по числу комнат. Можно предположить, что владелец  под видом индивидуального жилья замыслил устроить в тихом месте что-то вроде гостиницы или дома отдыха.  

Особняк  примечателен тем, что возведен  с такими нарушениями законодательства, что  традиционно покладистые  по отношению к «инвесторам»  с толстыми кошельками надзирающие за строительными процессами службы городской  администрация  отказывает в продлении разрешения строительство и требует снести часть стройки. Как   отвечал  еще в августе 2008 года в одном из писем исполняющий обязанности председателя комитета градостроительства С.Г.Тищенко  разрешение на строительства дома по улице Дзержинского,252 не выдавалось. В январе этого года заместитель председателя комитета градостроительства  И.А.Дарчук сообщала, что: в настоящее время по иску администрации Ленинского района в Ленинском районном суде рассматривается вопрос о сносе строения, расположенного по улице Дзержинского, 252».

Подобные грозные письма  нисколько не огорчают гражданина, который умудрился  в центре Ставрополя выхватить шикарный участок в райском уголке. Причем  сделал это, не имея никаких законных  оснований. Дом он  поставил  прямо на городскую ливневку, обойдясь без  согласования с Горводоканалом. Когда ему стало тесно, умудрился прибавить себе  60 квадратных метров леса, и тоже  без согласования с горзеленхозом.

Этот человек снисходительно   взирает на суету возмущенных  соседей, которые пишут жалобы мэру, прокурорам, начальнику милиции-полиции, Президенту, депутатам и просят призвать не в меру инициативного гражданина к закону  и порядку.

Ни для кого не секрет, что в наши дни  получить в Ставрополе земельный участок под застройку не под силу не только простому смертному, но и человеку заслуженному. Пример тому хотя бы  участники боевых  действий в Чечне: они  годами томятся в очереди,  ожидая свои законные шесть соток. А этот человек – пожалуйста, получил все, что захотел.

Зовут этого человека  Гаджиев Руслан Шуабович.

В моих руках уникальный по своему документ. Обычная, набитая еще на пишущей машинке «болванка» для типового заявления. «Главе администрации города Ставрополя М.В.Кузьмину от....... проживающего......... Прочим вас закрепить земельный участок, расположенный в городе Ставрополе, по улице.....площадью...... по фактически сложившимся границам и передать в собственность, определив прядок пользования земельным участком согласно достигнутому между нами соглашению.

Подпись..........Фамилия, имя отчество...........

Паспортные данные..........

9 июля 1996 года».

Такую трафаретку в чисто формальных целях время от времени заполняли  владельцы смежных участков, чтобы удостоверить, что у них все без перемен. На заполненном листе неровными буквами синей пастой  внесено: от Будаговой Алефтины Сергеевны, проживающей по адресу ул. Дзержинского, 250. Просит она «закрепить» участок по улице Дзержинского,250/1 площадью 921 квадратный метр. Понятный, никого ни к чему не обязывающий ритуал.

Но эту рутину буквально взрывает вставка. Совсем другой рукой и даже другими чернилами в шапке приписано «от Гаджиева Руслана Шуабовича». Гаджиев таким образом стал соавторам письма. А в конце машинописного  текста точка была заменена на запятую, и той же рукой приписано: «выделить земельный участок под строительство жилого дома Гаджиеву Руслану Шуабочичу».

Вот такая наглая и беззастенчивая корректировка. В «документе», кстати, не указано, где  проживает уважаемый Руслан Шуабович,  - в Ставрополе или, может быть, в Махачкале?  Только по одному этому обстоятельству  шедевр  можно было смело отправлять в мусорную корзину.

Но то ли у ставропольских чиновников свои  специфические требования к делопроизводству, то ли   у Руслана Шуабовича дар гипнотизера, но в апреле 1997 года появилось постановление  главы города Ставрополя № 680. Изумляет  его обоснование. В преамбуле  говорится, что «Будагова А.С. обратилась с заявлением о строительстве индивидуального жилого дома Гаджиеву Р.Ш. с выделением его в отдельное домовладение». Между тем сама Алефтина Будагова уверяет, что никогда подобных заявлений в администрацию не писала. Да и с какой стати ей хлопотать о Гаджиеве?

Тем не менее, «рассмотрев заявление Будаговой А.С,»  глава постановил «разделить домовладение 250/1 по улице Дзержинского на два самостоятельных, выделив земельный участок площадью 250 квадратных метров для строительства жилого дома Гаджиеву Р.Ш.»

Зададим себе вопрос:  а откуда взялись  эти самые 250 квадратных метров? В «заявлении» не уточнялось, из каких кладовых мэр должен добыть землицу, чтобы  одарить ею Гаджиева. Земля была отрезана, как выяснилось, от участка   Алефтины Будаговой. На каком основании? Ведь Алефтина Сергеевна не обращалась в администрацию с просьбой, чтобы у нее изъяли часть полученного ею еще в советские времена земельного участка. В природе не существует решения городских властей, на основании которого  по каким бы то ни было причинам ее лишали части принадлежащей ей собственности.

 Конституция России гарантирует гражданам неприкосновенность их собственности. Кто и почему посягнул на конституционное право Будаговой?  

В одном из своих заявлений на имя главы города Н.Пальцева Алевтина Будагова пишет:

«Я неоднократно обращалась в администрацию города с просьбой проверить законность выделения Гаджиеву земельного участка, требовала показать мне заявление, в котором я прошу выделить Гаджиеву Р.Ш. участок площадью 250 квадратных метров, однако мне в архиве ответили, что заявление не сохранилось».

Ответа она не получила до сих пор.

Домовладение  250/1 по улице  Дзержинского было построено в начале пятидесятых. Изначально его совладельцами были три хозяина. Будагова купила  свою долю домовладения в 1982 году. В последние двадцать лет ее соседями были  семья Ягло, имевшая одну вторую домовладения, и Семенихины, у которых была одна восьмая доля. У Будаговой было три восьмых домовладения. За домовладением  еще советской властью были закреплены 950 квадратных метров земли, которые  в середине девяностых почему-то превратились в 921. И, соответственно, Ягло владели 424 квадратных метра земли, Будаговы – 356 и Семенихины – 118. Этот порядок неоднократно подтверждался  имеющимися в архиве  решениями городской власти.

Именно этот участок и был на основании якобы заявления от Будаговой разделен постановлением главы администрации Ставрополя №  680  в апреле 1997 года. Гаджиев получил 250 квадратных метров. А Будаговой глава администрации, руководствуясь непонятными соображениями, оставил 189 квадратных метров, отчекрыжив от ее надела почти половину. Что, почему, как такое возможно – это тема уже другого разговора, к которой мы еще вернемся  свое время.

Почему Алефтина Будагова не опротестовала  это несправедливое и незаконное решение сразу же по горячим следам, еще в 1997 году? Потому что узнала  о существовании этого «постановления»  лишь в 2009 году, когда Гаджиев и нанятая им бригада строителей нагрянули в ее двор.

Строители  бесцеремонно  вываливали  стройматериалы посреди  двора. Ошарашенные женщины, которые в это время были в доме, - Алефтина Сергеевна и ее невестка,  - бросились навстречу захватчикам. Невестка встала под бетонную плиту, которую крановщик опускал на асфальт и пыталась остановить произвол. Схватка была неравной. Гаджиев усмехнулся: «Не суетитесь, это моя земля...»

Это было первое «боевое соприкосновение», которое позже перешло в фазу «холодной войны»: жалобы, заявления в милицию, прокуратуру, обращения к мэру, в прокуратуру, к губюенатору, ждепататам. Президенту, судебные разбирательства.

На сегодня положение дел таково: в суде рассматривается иск  Будаговой к Гаджиеву с требованием прекратить незаконное строительство и снести часть домовладения, которое стоит на территории Будаговой.

Это первый этап борьбы Алефтины Сергеевны за свои нарушенные права. Аргументацию свою она строит, отталкиваясь от позиций  постановлении мэра от 1997 года. Она  пока его условно признает, и намерена добиться изгнания захватчиков с той территории, которая зафиксирована в постановлении №  680. Она  рассуждает так: оспаривать  сфальсифицированное постановление от 18 марта 1997 года необходимо и она этим займется. Но судебная волокита может растянуться на несколько лет, а за это время Гаджиев достроит дом, узаконит его или чего доброго, перепродаст. И доказывай потом свою правоту! Поэтому самое главное сейчас – остановить стройку.

Вернемся еще раз  к загадочному постановлению главы администрации. На бумаге  черным по белому написано, что в собственности Будаговой 189 квадратных метров. Займемся  арифметикой. Площадь под жилыми помещениями  у Алефтины  Будаговой как и тридцать лет назад составляет 102 квадратных метра. Остальная часть выделенного ей участка –заасфальтированный дворик, который сегодня упирается в ставшую  раскаленной границей стену из красного кирпича гаджиевского новостроя. Площадь двора составляет 54 квадратных метра. Сложим 102 и 54 и  получим 156 метров. До  определенных постановлением 189 метров не хватает тридцать с хвостиком.  Где они?

Они там, за стеной из красного кирпича. Больше им негде быть, потому что за последние двадцать лет конфигурация жилого строения не менялась, а квадратные метры  не могла ни усохнуть, ни испариться. На фотографиях четырехлетней давности, сделанных до «строительного броска» Гаджиева, хорошо видны  клумбы цветов, которые разводила Алевтина Сергеевна на принадлежащей ей земле. Сегодня клумбы погребены под бетоном.

Сложившуюся ситуацию можно оценить как двойное поражение прав Алевтины Будаговой. Сначала ее права были ущемлены, скорее всего, сфальсифицированным постановлением главы администрации города в 1997 году, а потом совершилось второе покушение на  ее права, зафиксированные уже этим несправедливым  постановлением.

 Почему структуры, призванные  защищать законные интересы граждан, бездействуют?

Эти вопросы не дают покоя, когда знакомишься с письмами, которые отправляют в разные инстанции пенсионеры Олег Лазаревич и Алефтина Сергеевна Будаговы  и бессодержательными ответами на них.  Не вносит ясности и судебное разбирательство, которое провела судья Промышленного района О.А.Мороховец. Она отказала в иске Будаговой и признала законным строительство дома Гаджиевым. Однако это решение было забраковано краевым судом и дело возвращено на новое рассмотрение в новом составе.

Среди прочего, кассационное определение указывает на то, что судья первой инстанции немотивированно отвергала факты и доказательства, которые представляла Будагова. Отфутболивала их, даже не объясняя почему. Зато при знакомстве с делом в глаза бросается чуть ли не трепетное отношение к, мягко выражаясь, «доказательствам», которые предъявляли  представители Гаджиева. Например, прибывшие в судебное заседание свидетели не смогли убедить  судью в том, что они не подписывали согласование на строительство гаджиевского дома. Да, Гаджиев подходил к ним, просил  подписаться под письмом о проведении водопровода. Они подписывали, это  их подписи. Но  каким образом  «водопроводная челобитная» превратилась в «согласование» на постройку особняка, ни Будагова, ни председатель уличного комитета Светлана Игнатьева, заверившая эти подписи, не представляют. Тем не менее, судья постановила: согласование  имело место!

Сегодня дело находится в  повторном судебном рассмотрении. Всплывают все новые и новые факты, которые высвечивают безобразия в сфере земельных отношений в городе. Эта тема требует пристального внимания и со стороны общественности. Ведь то, что произошло с Алефтиной Будаговой, может случиться с каждым. Ее история свидетельствует о неблагополучии в учреждениях городской администрации, красноречиво рассказывает  об отношении городских чиновников  к правам и собственности горожан. Что можно говорить о порядке и дисциплине, если на основании филькиной грамоты вроде описанного выше «заявления» Гаджиева принимается судьбоносное для конкретного человека постановление главы администрации города о наделении земельным участком или изменении его границ?

Это значит, что никто не застрахован от «неожиданностей» и любой житель краевого центра в один прекрасный день может обнаружить, что его квартира уже не принадлежит ему, а его земля давно записана на неизвестного ему человека. Сложилась  теневая, неподконтрольная  политическим руководителям города система  управления документооборотом, когда любой документ может быть изъят продажным клерком,  передан в чужие руки, с него могут быть незаконно сняты копии, в него задним числом могут быть внесены поправки.

 Дают ли руководители города себе отчет в том, к каким опасным последствиям это может привести? И что делают, чтоб ликвидировать двойную и тройную бухгалтерию, которая дискредитирует саму систему принятия решений, подрывает авторитет городской власти?

Григорий Клементьев

 

 

 

E - mail: admin@protestkom.ru

Опрос
Вопрос?
Да, полностью
Да, частично
Нет
Воздерживаюсь


Внимание:
Насколько граждане сами себя уважают, настолько они способны изменить жизнь к лучшему.


Независимые СМИ помогут решить наши проблемы! Участвуйте в сборе средств на газету "Чистый воздух".


Возродим территориальное общественное самоуправление (ТОС) в городе Ставрополе!


Русской Ставропольской Республике быть!


МАЯТНИК ФУКО в Казанском соборе Ставрополя




© 2005-2016 Ставропольский городской Протестный Комитет.